Евгений Минин

Жизнь в цирке: гастроли, репризы и смех зрителей

Евгений Минин – талантливый артист, соединивший в своем творчестве школу драматического театра и цирковую клоунаду. Выпускник Екатеринбургского театрального института, он неожиданно для себя нашел призвание в манеже, став коверным и создав знаменитый дуэт «Братья Пушкина» с Евгением Майхровским мл. Его путь – это постоянный эксперимент, поиск нового языка и стремление привнести в клоунаду театральную глубину и актерское мастерство.

Евгений, вы учились в Екатеринбурге на актера драматического театра и кино. Как жизнь вас свела с клоунадой?

Собственно, в клоунаду меня привели друзья, с которыми я учился на одном курсе театрального института. Это Артем Бабинов, Максим Карпов, Костя Копейкин – клоунское трио «Без носков». Они уже работали в цирках, ездили на фестивали и познакомились с Евгением Майхровским мл., который искал себе партнера для клоунады. Они предложили мне попробовать, предложили познакомиться с Женей. Скажу честно, мне эта затея изначально не понравилась. Я никак не представлял себя в роли клоуна-коверного, я драматический актер! А тут какой-то цирк, какая-то клоунада! В общем меня все уговаривали где-то месяц, чтобы я попробовал. Ну в общем я подумал, что, если мне не понравится, я уйду, я ничего не терял. И весной 2014 года я поехал в Брянск, там в цирке на тот момент работал Женя Майхровский в коллективе своего деда. Я до сих пор храню билет на поезд «Москва-Брянск», поезд, который привез меня в цирк!

Вы учились на одном курсе с будущим клоунским трио «Без носков». Были ли у вас совместные творческие эксперименты?

В институте, конечно! Учеба в театральном институте – это один большой творческий эксперимент! И твой курс на четыре года становится для тебя семьей. И четыре года ты творишь, учишься! С ребятами из «Без Носков», как и с другими однокурсниками, вместе делали этюды, играли в спектаклях. Костя Копейкин принес как-то пьесу Леонарда Герша «Эти свободные бабочки», мы сделали этюд, показали нашим педагогам, и из этого этюда вырос дипломный спектакль. Костя играл слепого молодого человека, а я был его антагонистом, и мы боролись за сердце главной героини! Был у нас спектакль «Айболит», где я играл доктора Айболита, Артем Бабинов был моим помощником и рассказчиком, котом Корнеем. С Максимом Карповым на экзамене по вокалу мы исполняли песню «И вновь продолжается бой…». Максим выступал в образе молодого Ленина! Было очень много разных историй! Кстати, я сдавал экзамен по экономике вместо Кости Копейкина, притворившись им, и я до сих пор не знаю, то ли я так хорошо перевоплотился и вжился в образ Кости, то ли просто педагог по экономике махнула на нас рукой, «что, мол, взять с этих артистов», но зачет Косте в моем лице был поставлен. И теперь я всегда ему припоминаю, что его красный диплом, в том числе благодаря мне!

После обучения вы перебрались в Москву. Почему тянуло в столицу, и насколько тяжело дался переезд?

В Москве больше возможностей, больше работы. Какой артист не хочет покорить Москву?! Хотелось сниматься в кино, ходил по кастингам, агентствам, отправлял портфолио. Приходилось работать на детских праздниках, вести мероприятия, там тоже много историй, можно написать книгу «Записки аниматора»! Снимали мы тогда квартиру с моими однокурсниками. В какой-то момент нас шесть или даже семь человек жило в двух комнатах. Да, мы все были молодые, хотя и сейчас еще не старые! И еще какой-то шлейф студенчества тянулся. Меня очень поддержали друзья-однокурсники. Со многими мы общаемся до сих пор, встречаемся, ездим друг к другу в гости!

Игра однозначно стоила свеч. Уже через год вы работали в программе народного артиста РСФСР Евгения Майхровского «Ласта Рика». Чем примечательно шоу?

Коллектив Евгения Майхровского открыл для меня мир цирка! Мне цирк не был знаком от слова совсем. Театр я знал по институту, театр я знал из детства, мои дядя и тетя работали артистами в Челябинском театре оперы и балета, и я часто маленьким мальчиком бегал за кулисами. Помню запах пудры и грима! Цирк чем-то похож на театр, но в тоже время другой. Как минимум манеж. Зритель не где-то там, перед сценой, в темноте зрительского зала, а вокруг тебя, со всех сторон, что-то в этом есть гладиаторское, площадное что ли. Спектакль «Ласта-Рика» был спектаклем-путешествием. Мы отправлялись в круиз на корабле. Мне досталась роль Капитана! Интересно было работать с Евгением Майхровским, знаменитым клоуном Маем, я выходил к нему в репризы, а еще я по сути вел всю программу, объявлял артистов. Это был колоссальный опыт!

Коверным, как и другим артистам, необходимо совершенствоваться. Что в работе над новым репертуаром было самым интересным и вместе с тем самым сложным?

Мы понимали, что нужно расти дальше, что Капитан и Юнга (я и Женя Майхровский), персонажи спектакля «Ласта-Рика», вне этого спектакля не смогут жить. Нам по сути нужно было придумать всю концепцию и всю историю с нуля. Нужно было найти наших персонажей, наших клоунов. Это и драматургия, и костюмы, и репризы. Нужно было написать по сути новую книгу, ну как минимум новую главу! Вот это и было самым интересным и самым сложным. Много за что хватались, что-то так и осталось нереализованным, например, пытались играть на водосточных трубах, стуча по ним тапками. Пытались понять взаимоотношения наших персонажей, ведь часто юмор строится на этом. Придумывали их внешность, ведь когда клоун первый раз появляется в манеже, его сразу должно хотеться рассмотреть, он сразу должен вызвать интерес и, конечно, смех и радость. Мы искали эту комичность внешнюю, но нам в этом отношении повезло, мы с Женей разного роста, я высокий, он не очень! И эту особенность мы тоже обыгрывали и пытались ее усилить в костюме, придумали мне фрак с длинными фалдами, длинный цилиндр, чтобы «увеличить» меня, а Женю наоборот «смять».

Вам помогал режиссер Андрей Шарнин. Какие его наставления оказались самыми ценными?

Андрей Леонидович Шарнин, один из немногих режиссеров, который работает с клоунадой. Он в прошлом сам выступал в составе клоунского дуэта «Мик и Мак» с Николаем Кормильцевым. Андрей как хирург! Он отрезал все ненужное и пришивал нужное! Мы приносили идеи, или он давал какие-то задания, мы делали этюды, а он отметал, глядя своим режиссерским глазом. Однажды он подкинул идею репризы – два дуэлянта-неудачника никак не могут попасть в цель, друг в друга. Мы наворотили столько всего, сначала у нас это были два униформиста, которые подметают манеж, у них возникает ссора из-за бумажки, они превращаются в ковбоев, достают разные «смешные» револьверы. Мы цепляли к пистолетам шланг, делали длинное дуло, был пистолет-смеситель, маленький пистолет, которые я долго искал и в итоге доставал из носка. Все было неплохо, но что-то не то, не было какой-то главной идеи. И однажды Андрей Леонидович говорит: «Это же дуэль, это Пушкин! Это два Пушкина, и они спорят кто из них настоящий, кто лучше, кто талантливее». Какой необычный конфликт! Но это полдела, дальше финал репризы, одно из самых сложных! И вот Пушкины стреляют – промах, падают секунданты, стреляют – промах, промах. В какой-то момент из-под купола «от выстрела» падает рояль. Одного Пушкина придавило, но вылезает невредимый, что дальше – мы не знали. Хоть выключай свет в манеже и говори «Конец». И Андрей говорит: «Я знаю, как закончить, один Пушкин из-под рояля вылезает и кричит от радости «ЖИВОЙ!!!». Второй после всего происходящего вопрошает: «ПОЧЕМУ?», и первый подытоживает «ПОТОМУ ЧТО ПУШКИН БЕССМЕРТЕН!!!». Занавес!». Так помимо этой репризы родилось и название нашего дуэта – «Братья Пушкина».

С Евгением Майхровским мл. вы создали клоунский дуэт «Братья Пушкина». Как вы учились друг друга чувствовать и как строятся ваши взаимоотношения сейчас?

С Женей мы были, как мне казалось, с разных планет, он – абсолютно цирковой ребенок, я – абсолютно не цирковой! Мы друг другу помогали, я что-то подсказывал по актерскому мастерству, рассказывал про взаимодействие партнеров на сцене, про «петельку-крючочек», про проработку образа. В общем весь мой актерско-театральный опыт! Женя в свою очередь рассказывал мне цирковую специфику, я слушал! Иногда не слушал! И ругались, с чем-то полярно не совпадали точки зрения, потому что мы с разных планет! Но объединяло нас одно – творчество, ну и цирк, конечно! На данный момент мы пишем новую главу! Женя занимается сольным клоунским репертуаром, зовет иногда меня на свои репетиции что-то показать, что-то посоветовать. Пересекаемся и на проектах «КлаунХауса». Иногда нас приглашают вместе на какие-то проекты, напрямую не связанные с цирком, если работа интересная, мы соглашаемся, конечно же! Или бывают небольшие зарубежные гастроли, на них мы тоже едем с удовольствием! В октябре 2024 года нас пригласили в Монголию, работать наши репризы в наших костюмах! А я не работал в образе «Братьев Пушкина» на тот момент лет семь, было, конечно, что вспомнить, немного погрустить! Но с Женей мы продолжаем общаться и в нерабочее время!

На «Идоле-2016» вы стали обладателем специального приза Юджина Чаплина. Какие эмоции вы испытали, когда узнали, что вас заметил сын «бродяги Чарли»?

«Идол-2016» – это не просто первый фестиваль «Братьев Пушкина», это по сути то место, где родился дуэт, зрители фестиваля были практически первыми зрителями, которые увидели наши репризы в этих образах. Получился такой эксперимент, потому что в этом фестивале мы участвовали, находясь в периоде репетиций. Это было очень рискованно! Это международный фестиваль, где участвуют профессионалы, которые работают свои номера не один год, а мы только пошили новые костюмы, попросились на пару представлений в коллектив Е.Б. Майхровского, чтобы хотя бы проверить, хоть немного на зрителях. Я сейчас даже не вспомню, в каком городе они работали, но где-то недалеко от Москвы. Вот так волнительно мы попали на «Идол-2016». И… зал принял хорошо, получилось практически все, я испытал большие эмоции, когда слышал смех в зале Цирка на проспекте Вернадского! Ну и, конечно, спецприз от Юджина Чаплина я считаю нашей победой!

Пять лет вы работали в Большом Московском цирке. Чем запомнился этот период?

Ну, во-первых, для меня было престижно работать в Большом Московском цирке. Во-вторых, мне понравилась идея остановиться наконец-то в Москве, потому что цирковая жизнь, все-таки жизнь гастрольная, и переезды были практически раз в месяц. Честно, я от этого устал, пока распакуешь свои кастрюльки и чайники, пока обустроишь быт, иногда гостиницы были далеко не пятизвездочные! Заканчиваются гастроли в этом городе, и ты свои пожитки собираешь обратно! Я удивлялся, артисты часто ездили семьями, с детьми, кроватками, колясками, стиральными машинами, но такова жизнь артиста цирка! Большой Московский цирк – прекрасная работа, любимая Москва, хорошая компания. Мы с Женей влились в классную клоунскую команду! Борис Никишкин, Рудольф Левицкий, Николай Кормильцев, Анвар Саттаров, Николай Коновалов, Ксения Зубова, Юрий Гуламов, Артем Бобцов, а всеми нами руководил Андрей Шарнин. Было много постановок, приходилось придумывать новые репризы, примерять разные образы. Я был и боярином, и злым колдуном, библиотекаршей, ткачихой, сказочником, а как артисту театральному, драматическому, мне этого не хватало, я имею в виду играть разные роли и работать с разными партнерами! Мы придумали закулисный спектакль-экскурсию, мы играли в КВН, мы веселились, дружили, отмечали вместе праздники! С Рудольфом Левицким даже стали соседями по даче! Это классное время, я очень горжусь, что был артистом БМГЦ! Я благодарен Эдгарду и Аскольду Запашным за такую возможность!

Среди артистов цирка на Вернадского чувствовалась сплоченность или конкуренция, и почему?

В цирке мы как-то держались нашей клоунской командой и поддерживали друг друга. Я не мог конкурировать с акробатами или жонглерами. А среди нашей клоунской группы мне казалось нет конкуренции, либо это казалось только мне, не знаю! Ну, мы могли иногда в шутку соревноваться, кто сегодня исполнит что-то смешное, расколоть друг друга. А вообще, я считаю, что артистическая профессия сама по себе подразумевает конкуренцию. Я в общем про артистов, актеров. Это вечные кастинги, пробы, распределения, всегда у режиссеров есть любимчики. Особенно сейчас это сильно замечаю, когда ушел с постоянной работы и нахожусь в поисках проектов, опять начал заниматься поиском работы в кино, постоянно снимаю пробы, визитки, отправляю портфолио, опять как тогда в 2013 году, когда только приехал покорять Москву!

Сегодня вы заняты в спектакле «12 клоунов в поисках счастья» в театре на Цветном. Нашли ли вы свое счастье, и в чем оно, по-вашему, заключается?

«12 клоунов в поисках счастья» – еще один большой эксперимент. Благодаря Лизе Гамбург – продюсеру клоунского лейбла «КлаунХаус», театральному режиссеру Кириллу Вытоптову собралась еще одна большая клоунская труппа. Там были не только цирковые клоуны, но и театральные. В короткий срок мы выпустили спектакль, клоунские репризы, соединенные одной темой большого города, ну и, собственно, поиском этого самого счастья. Мы с Женей Майхровским снова объединились в рамках этого проекта и играли таких условных инфоцыган, для которых счастье было в деньгах и их зарабатывании по сути на несчастье других. Все ли у нас получилось, не знаю! Проект, к сожалению, сейчас на паузе, но, надеюсь, мы к нему еще вернемся! А что для меня счастье? Мне нравится фраза из фильма «Благословите женщину», где герои цитируют фразу старца Амвросия Оптинского: «Жить – не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение». Счастье – это сегодня! Жизнь коротка, давайте будем счастливы. Не будем ссориться, держать обиды. Еще счастье – это люди, которые меня окружают, я знаю, что меня поддержат, не бросят. Счастье в простом! Цветы тут посадил на даче, гладиолусы. И они расцвели как раз к 1 сентября. И я вспомнил, как всегда приезжал к бабушке в деревню перед новым учебным годом, чтобы срезать букет гладиолусов на линейку. Увидел свои гладиолусы и был счастлив!

Еще одна актуальная работа – мюзикл на воде «Буря» в «Москвариуме». Как вы взаимодействуете с режиссером Юрием Квятковским?

Юрий Квятковский – большой экспериментатор. Его спектакли идут на многих больших театральных, концертных площадках. А познакомились мы с ним на первом фестивале «новой клоунады». Театральные режиссеры на этом фестивале ставили клоунские репризы. Спектакль «Буря» – это и шоу морских животных, и мюзикл, номера с гимнастами и акробатами, интерактив со зрителем, ну и клоунада! Еще один проект, который мы работаем с Женей. Мой персонаж – король Алонсо, а Женя – слуга! Практически весь спектакль мы ищем сына короля после кораблекрушения. Потом наших героев «превращают» в морских львиц. Юра хотел, чтобы эти персонажи были в клоунской манере, мало текста, много физического юмора, поэтому пригласил нас, но мы тоже проходили кастинг! Юрий, мне показалось, нам доверился, я не помню каких-то замечаний, либо он ожидал премьеру, чтобы увидеть, что из этого получится и был скептически настроен, но не показывал вида! До конца мы не знали, что получится. Но премьера показала: все здорово! Это было еще перед 1 июня и было много детей. Зал взорвался в овациях и смехе! Еще одни незабываемые ощущения!

Вы гастролировали в Монголии, Израиле, Азербайджане, Грузии. Чем удивили вас эти страны, а главное, люди, живущие в них, ваши зрители?

В каждой стране публика разная. Да что в другой стране, она отличается в России в разных городах. Она отличается на утренних и вечерних представлениях. В Москве, помню, было время, когда представления посещали туристы-китайцы, индусы, и иногда они не понимали шутки, которые понимает наш российский зритель. В Монголии, помню, хохотали над физическими шутками, а, например, моя «глубокая» актерская игра, мои ужимки и ухмылки оставались без внимания! В Азербайджане работали несколько раз и в цирке, и на концертной площадке. В Баку приходили целыми семьям, причем на двух взрослых приходилось по 3-4 ребенка. Помню, мы вышли в зрительный зал, нам нужны были зрители для репризы, и нас облепили, взрослые сажали мне на руки своих детей, просили фото. В общем реприза шла минут 20 вместо пяти и чуть вообще не провалилась. Мы перестроились, решили не выходить в зал и оперативно выбрать нужных зрителей. В Баку еще, в цирке, у них была, а, может, и сейчас есть, традиция. Дети после каждого номера выходят и дарят цветы понравившимся артистам! Как думаете, у кого было больше всех цветов? У нас! Дети шли после нашей репризы нескончаемой толпой со всех сторон в манеж и несли нам цветы! Звукорежиссер несколько раз включал нашу фонограмму, чтобы заполнить паузу!

Вы являетесь резидентом первого в мире клоунского лейбла «КлаунХаус». Участие в проекте приносит вам больше удовольствия или пользы, и почему?

Это очередной эксперимент! Одни эксперименты! Мы пробуем, пытаемся продвинуть клоунское искусство в медиа, в «шоу-бизнес» будь он не ладен! Снимаем ролики для соцсетей, скетчи, артисту нужно сейчас как ни крути вести соцсети, быть активным и на этом поле! Мы сейчас все сидим в смартфонах, ну и пусть клоуны там тоже будут, будут современными, будут в тренде! Клоуны тоже могут быть блогерами, могут выступать со стендапом. Все на пользу!

Вы снимаете видеоролики. Удается ли заранее предугадать, понравится сюжет зрителям или нет?

Лично я до сих пор не до конца понял, что привлекает зрителя. Иногда придумываешь сюжет ролика, долго снимаешь, монтируешь, мне кажется, смешно, круто, а он не заходит. Просмотров нет. И наоборот, выкладываешь посредственный, на мой взгляд, ролик, ну так, для количества чисто, потому что контент надо выдавать постоянно. И он залетает! Я иногда не понимаю почему! Мы тут нащупали, что интересно людям смотреть на ситуации в офисе. Мы придумали образы офисных работников и разыгрываем рабочие будни в офисе. Ну, может, что-то из этого выйдет!

В предновогодней суете не могу не спросить: чем сегодня вы дорожите больше всего, и какие у вас дальнейшие планы, цели, мечты и стремления?

Дорожу, а точнее люблю и рад, что меня окружают хорошие люди, спасибо им! Хочется спокойствия! Хочется больше интересной работы, классных проектов, может быть, поработать в театре, сниматься. Новогодние праздники проведу в работе, как и всегда! Буду в Санкт-Петербурге, приходите! Планирую путешествовать, люблю это дело! Баню хочу на даче поставить.

Фотографии предоставлены героем публикации.