Иван Ягодинец

Вопреки системе: Как артист отстоял свое право на любимый жанр

Иван Ягодинец — целеустремлённый и смелый артист цирка, прошедший непростой путь от занятий акробатикой через уход в бокс и обратно к цирку, который стал его настоящим призванием. Его история — это пример упорства, готовности бросать вызовы себе и не бояться менять направление, чтобы найти то, что по-настоящему зажигает. Несмотря на разочарования и преграды, он сохранил любовь к цирку и продолжает учиться новому, доказывая, что главное — идти вперёд, даже когда страшно.

Иван, вы начали с акробатики, потом перешли в цирковую школу. Что вас больше всего удивило в цирковом мире, когда вы только погрузились в него?

Честно говоря, не помню, что меня больше всего удивило, но помню, когда только отдали меня в цирковую школу, у нас была некая система оценок за тренировку в виде солнышек в блокноте. За каждые 10 солнышек нам давали приз: разные мягкие игрушки, Lego и так далее, и меня это очень мотивировало заниматься. Позже, конечно, я погрузился в это с головой, и мне уже не нужны были никакие игрушки, разве что кубки и дипломы.

Вы упомянули, что впервые вышли на манеж и от страха убежали за кулисы. Как вам удалось перебороть этот страх и вернуться на сцену?

Перед тем как выйти в первый раз на манеж, я представлял себе только жюри, сидящее в зале, мне казалось, что будет вроде очередного экзамена. Когда я выходил спиной из-за кулис и, обернувшись, увидел толпу людей, смотрящих на меня, я очень испугался и убежал. Я помню, как тренер успокаивал меня, держа на руках, и говорил, что я смогу покорить этот зал. Благодаря только своему тренеру я смог выйти второй раз на манеж и занять первое Гран-при.

Вы установили рекорд по количеству Гран-при в своей цирковой школе. Какой из фестивалей запомнился больше всего и почему?

Больше всего запомнился самый первый фестиваль, он был региональный по Приморскому краю — «Уссурийская звёздочка». Запомнился он тем, что было очень много разных эмоций: то я убежал со сцены и испугался, то сидел плакал на награждении, думая, что я не займу никакое место, то я уже счастливый даю своё первое интервью. У меня была куча разных эмоций, поэтому больше всего я его и запомнил.

Был момент, когда вы ушли из цирка в бокс. Что стало переломным моментом, который вернул вас обратно в цирковое искусство?

Случилось так, что мне пришлось уйти из цирковой школы, и я начал пробовать себя в боксе, но у меня всегда была мечта уехать в Москву и поступить в ГУЦЭИ. Для меня случилось всё неожиданно, честно говоря, в тот момент я даже и не думал ни о какой Москве. Мы с семьёй отдыхали на море, и вечером поступил звонок от тренера с одним лишь вопросом: «Ты хочешь поступить в цирковое?» Конечно, я ответил «ДА!». До вступительных экзаменов оставалось всего два месяца, тренер отсылал мне тренировочный план, и я его выполнял, и уже через три месяца полетел и поступил в цирковое.

Поступление в ГУЦЭИ — мечта многих артистов. Вы говорите, что ожидания не совпали с реальностью. Что разочаровало вас больше всего?

Да, это была и моя мечта. Просто это были мои ожидания, и они были намного выше в плане уровня. Для меня это была огромная планка, до которой, как я думал, будет очень тяжело дотянуть. Я ничего не знал про мир цирка, и мне всегда казалось, что в ГУЦЭИ набирают только больших профессионалов и выпускают их уже в три раза круче.

На втором курсе вас определили в групповой номер, который вам не нравился. Как вы решились пойти против системы и добиться перевода в свой жанр?

Если можно так выразиться, мы просто отказались заниматься. Вся группа хотела уйти в свой жанр, и у каждого он был сольный.

Вы хотели работать с катушками на штейн-трапе, но в итоге оказались в парном номере. Почему это отбило у вас желание заниматься?

Это была моя цель — выпустить сольный номер на катушках на штейн-трапе, изначально план был такой. Отбило желание этим дальше заниматься потому, что один год я потерял, делая групповой номер, который так и не получился, а потом перевели в пару, и просто все мои планы пошли коту под хвост. Всегда хотел именно сольные катушки, но, к сожалению, на данный момент так и не получилось их выпустить.

Как вы попали в ЦЦИ (Центр циркового искусства) и что вас так вдохновило в жанре акробатики?

Это уникальная история. Я просто тренировался в спортзале со своим лучшим другом Никитой Галушко, он профессиональный акробат на подкидной доске и в прыжках на батуте. И в один момент заходит человек из его коллектива и говорит, что они едут в Ереван на контракт. И я не знаю почему, но я тогда сказал, что я тоже поеду с ними. На что мне поступило предложение на летние каникулы прийти в ЦЦИ и просто попробовать. Я пришел и начал обучаться этому почти с нуля, я уже мог делать заднее сальто на месте, но делал его плохо… Меня затянула эта неизвестность и сложность жанра, захотелось попробовать, бросить вызов себе. Так и начал заниматься акробатикой.

Вы начали как пассировщик, а потом стали осваивать трюки. Какие элементы давались сложнее всего?

Сложнее всего давались все элементы, но самый сложный для меня в изучении был винт назад, точнее, правильное его исполнение, ровно и по технике.

Расскажите о работе с В. В. Вавиловым. Чему самому важному он вас научил?

Вавилов Владимир Валерьевич — самый замечательный тренер и человек из всех тех, кого я только знаю. Он дал мне очень многое, а самое главное — смог поверить в меня и дал шанс развиваться дальше. Он научил меня идти вперед, несмотря на все сложности, и не бояться неизвестности. Всё, что я умею сейчас в жанре акробатики, научил меня он, и за это я ему очень благодарен.

Вы упомянули, что получили хороший контракт. Насколько сложно молодым артистам найти работу в современном цирке?

Главное — желание найти работу в цирке. Я думаю, что по моему примеру можно понять, что всё возможно, стоит только захотеть и трудиться, а то на одной хотелке далеко не уедешь.

Цирк — это постоянный риск. Был ли момент, когда вы серьезно сомневались, стоит ли продолжать?

Сомнения присутствуют всегда, и они только сбивают с пути. Если серьёзно настроен, то нужно идти вперед, несмотря на свои страхи и сомнения. Мне кажется, что страх — это иллюзия, иллюзия того, чего не существует, но мы почему-то в это уже верим.

Как вы относитесь к современным тенденциям в цирке: contemporary-проекты, цифровые технологии в шоу?

Положительно, всё это присутствует в нашем шоу, в котором мы сейчас работаем, и это даёт большую надежду на то, что цирк жив и будет жить ещё долго.

Если бы у вас была возможность создать собственный номер без ограничений, каким бы он был?

Честно говоря, уже не знаю, мне нравится акробатика, я полюбил её. Но, конечно, хотел бы сделать собственный номер на катушках на штейн-трапе.

Что бы вы посоветовали подростку, который мечтает о цирковой карьере, но боится неудач?

Нечего не нужно бояться, если поставил цель — добейся её. Иди туда, где страшно.

Фотографии предоставлены героем публикации.