Кирилл Капустин

«Звёздной болезни у меня никогда не было»

Кирилл, в пять лет мама привела вас в цирковую школу Скобликова. А до этого доводилось бывать на представлениях?

Родители, честно говоря, не особо водили меня в цирк. Так что лет, наверное, до одиннадцати в цирках я был исключительно как участник фестивалей или программ.

На просмотре в этой школе ваши творческие способности не проявились, да и нужное количество детей уже было набрано. Как вы думаете, почему педагоги всё-таки взяли нового ученика?

Я думаю, во мне что-то разглядел один из учителей, Николай Николаевич Фирсов. Когда у меня хорошо пошла акробатика, то по пятибалльной шкале он ставил мне 6. (Смеётся.)

Во время обучения в школе вам особенно хорошо удавалось жонглирование. Какие его виды интересовали больше всего?

Меня всегда привлекали только булавы. Как-то раз, лет в девять, я посмотрел видеокассету с номером Евгения Беляуэра и был просто потрясен… В тот момент я решил, что хочу быть как он и репетировал день и ночь. Я занимался везде: в коридорах, на переменах все убегали по звонку, а я в классе продолжал жонглировать. Однажды меня выгнали с урока, не помню причины, так я жонглировал в туалете. Почему там? Не знаю. (Смеётся.)

В семь лет, участвуя в детском фестивале, вы впервые вышли на манеж и жонглировали апельсинами. Почему реквизит был «витаминным»? Какие эмоции испытали от первого конкурса?

По правде говоря, эти моменты не очень сохранились в памяти. Но помню, что «налажали» мы тогда знатно. (Смеётся.) Думаю, причина и была в нервах. А почему апельсины? Что нам дали, то и кидали. (Улыбается.)

Вы добились больших успехов в юном возрасте: брали золото, серебро, бронзу на масштабных цирковых конкурсах и фестивалях не только в России, но и за границей. Как вы считаете, в тот период возникали признаки звёздной болезни?

Нет, думаю, звёздной болезни у меня никогда не было. Я всегда прекрасно осознавал себя, своё мышление. Понимал, что это такое, и старался не считать, что вот я такой молодец или лучше других. Точно нет.

За успехами стоят многочасовые репетиции. На время подготовки к фестивалям вас освобождали от уроков. Как относились к этому родители?

Родители нас всегда очень поддерживали, уверен, что они всё понимали. А после фестивалей мы, конечно, нагоняли то, что пропустили.

В 11 лет вы с коллективом, без родителей, ездили на фестиваль в Аргентину. Какой была ваша первая самостоятельная поездка за границу? Что посоветуете детям и их родителям, которые получили подобное предложение, но сомневаются, стоит ли соглашаться?

Я увидел Буэнос-Айрес! Это другой континент, 20 часов перелета… Считаю, что наши родители сделали правильный выбор, доверившись человеку, который нас сопровождал. Это был знакомый нашего директора школы.

На фестивале в Анапе состоялось судьбоносное знакомство с Леонидом Костюком. Поделитесь впечатлениями от общения с мэтром.

К сожалению, пообщаться тогда нам не довелось. Мы маленькие, рядом с нами учитель, директор. Они решали вопросы, мы хлопали глазами и соглашались. (Улыбается.)

По приглашению Леонида Леонидовича вы три месяца работали в Большом Московском цирке. Расскажите об этом периоде. Коллеги разыгрывали вас, проверяя на прочность или ведро с «фифляками» прошло мимо? Почему была уверенность, что выйдете на этот манеж снова?

Дедовщины, так скажем, не наблюдалось. Наоборот, я подружился со многими артистами примерно моего возраста, мы, кстати, дружим до сих пор. (Улыбается.)

Я был уверен, что снова выйду, потому что для меня цирк был на первом месте. И я стремился быть профессионалом. А на манеже этого цирка всегда работали только мастера своего дела. Поэтому, конечно, я стремился попасть сюда в будущем.

Потом вы вернулись в Пензу. Возникало ощущение, что после работы в Москве цирк в родном городе стал вам «мал»? Как быстро поступило предложение о работе в номере «Жонглёры на стрелах» под руководством Валерия Щербакова?

Цирк в Пензе в принципе мал, там фойе, наверное, самое маленькое, которое только можно себе представить. (Смеётся.) Надеюсь, в новом цирке, который вроде уже почти достроили, будет все более… свободно.

Предложение в номер Щербакова поступило через пару лет, когда мне было 16.


Три месяца вы репетировали этот номер в Центре циркового искусства. Что было самым трудным? Помните тот момент, когда почувствовали, что готовы выйти на манеж?

Самым сложным была долгая разлука с родителями. Мне 15. Конечно, не малыш уже, но и не взрослый мужчина. Поэтому, конечно, было трудновато, чужой город, чужие люди. Партнеры, которые мне в отцы годятся. (Смеётся.) А если о работе… Я всё быстро схватил. Моего опыта в цирковой школе с головой хватило, чтобы сразу заучить и откидать любой трюк, который меня просили исполнить.

Вас пригласили в спектакль Запашных «Садко», а затем главным героем в «Камелот-2». Шоу проходили на огромной площадке в Лужниках. Где вам интереснее и комфортнее работать: на манеже или стадионе? Какие воспоминания оставили эти проекты?

Манеж и стадион — совсем разное по ощущению. В манеже люди ближе, первые ряды смотрят тебе прямо в глаза. И ты их видишь, понимаешь, что они чувствуют, когда ты делаешь опасные трюки. Лужники — это совсем другое. Большая площадка, зритель далеко. Конечно, речь не идёт о расслаблении и каком-то другом отношении к зрителю. Всё так же, работа всегда на 100%. Но, повторюсь, эти площадки сильно отличаются друг от друга.

Работая в цирке на проспекте Вернадского, вы освоили «Колесо жизни» и множество других номеров. Как думаете, справились с задачей, поставленной Аскольдом Запашным, который сказал, что главный герой должен уметь всё?

Думаю, да. Готовясь к «Камелоту- 2», я репетировал за троих в буквальном смысле. Было так много репетиций, что на один час мне ставили три репетиции. На одной был я, на второй Аскольд, который ставил сцены взаимодействия моего героя и артистов, а ещё репетиция танцев в балетном зале. Было и такое. (Смеётся.)

Какими данными, на ваш взгляд, должен обладать начинающий артист, чтобы попасть в труппу братьев Запашных?

Думаю, нужно первоначально ставить задачу перед собой, что хочу быть настоящим, профессиональным артистом. Трудиться. Не сдаваться. А хорошие сильные номера, я уверен, Большой Московский цирк всегда заметит и пригласит к себе, чтобы ты показал своё мастерство на манеже БМЦ.

Какое шоу в Большом Московском цирке вы посоветуете посетить зрителю, который не знаком с творчеством братьев?

Однозначно советую посетить сейчас наш проект. Страшная сила! Это действительно крутое шоу, крутые номера, классный интересный сценарий. И в этом проекте я играю свою любимую роль — злого дядьки, который пытается завладеть всем миром. Ну, как это и принято в приключенческих фильмах, только всё происходит на манеже. Приходите!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.