Руслан Серебров

Любовь, цирк и шпаги: путь иллюзиониста

Руслан Серебров — человек, чья жизнь кардинально изменилась благодаря случайному объявлению и любви. Пришедший в цирк техником, он не только стал иллюзионистом и создал семейный аттракцион, но и самостоятельно освоил экстремальный жанр шпагоглотания, добившись в нем международного признания. Его путь — это история о том, как упорство, работа над собой и вера в свои силы превращают мечту в реальность на глазах у изумленной публики.

Руслан, в цирке вы оказались случайно – буквально по объявлению в газете. Что привлекло вас в нем, и какой вы видели свою роль в цирковой команде?

Судьба сложилась так, что я работал на обычной работе, которая никак не была связана с искусством. Работал успешно, но потом деятельность перестала меня устраивать. В один из дней я купил газету, и из любопытства посмотрел, какие там были вакансии. Увидел должность униформиста в цирке «Золотой дракон». Это было необычно, и сначала я не воспринял предложение всерьез, но потом позвонил и устроился в цирк. Тогда мыслей стать артистом у меня еще не было, но стало интересно, как технически устроен цирковой шатер, и само цирковое искусство произвело на меня впечатление. Было интересно общаться с артистами, был интересен их образ жизни, и цирковая атмосфера мне очень понравилась.

В цирке-шапито «Золотой дракон» вы познакомились со своей будущей супругой – иллюзионисткой. Помните, как это было?

Это внезапная встреча. Спустя год работы по своим личным причинам я собирался уходить, но приехала Юлия Ельченко, иллюзионистка. Она выбрала меня, чтобы я ассистировал ей в самых важных задачах. Юлия объясняла мне, куда и когда выносить реквизит, а я смотрел на нее и влюблялся. Любовь с первого взгляда! Мне было все равно, что там надо носить, лишь бы смотреть на нее. Она поразила меня как девушка и как артистка. Я долго не знал, как стать с ней ближе, но решился напроситься к ней в гости. Я никогда не любил кофе, но в тот вечер выпил целую банку, чтобы был предлог подольше не уходить. Мы стали общаться и оказалось, что чувства взаимны. Такая вот невероятная счастливая встреча. Мы начали встречаться, и я остался в цирке ради нее, чему до сих пор очень рад.

Вместе вы создали иллюзионный аттракцион «Магия Египта». Как появилась его идея, и чем запомнилась работа над ним?

Юля предложила мне сделать совместный номер, идея которого была у нее уже давно. Я не был артистом и никогда не выходил на манеж, но чего только ни сделаешь ради любимой женщины! В день премьеры я трясся как осиновый лист, но со временем волнение ушло, а удовольствия от работы становилось все больше. Сначала мы запустили один крупный трюк, а со временем выросли до целого аттракциона из четырех иллюзионов. Наверное, окончательно номер оформился только спустя восемь лет долгой работы, экспериментов и находок.

Были ли у вас в номере трюки, которые казались невозможными, но вы их все равно реализовали?

Самой сложной и почти невозможной казалась левитация. Обычно всегда левитируют девушки, но мы с Юлей решили, что левитировать буду я. А я мужчина крупный, поэтому это было непросто, но когда я слышу реакцию зрителей, то понимаю, что все трудности того стоили.

Позже вы попробовали шпагоглотание. Благодаря чему вы почувствовали, что у вас действительно есть талант в этом жанре?

В 2016 году я первый раз увидел элемент шпагоглотания в работе и мне стало интересно, получится у меня или нет. Я консультировался с Али Шариповым и через две недели проглотил свой первый кортик. Оказалось, что мне это по силам, год я репетировал, а после серьезной травмы перестал. И только благодаря поддержке моей жены уже в 2020 году я снова взялся за шпагоглотание, и уже тогда начались серьезные успехи, а в 2025-м я выпустил свой номер. Может быть, этот перерыв мне был нужен, чтобы потом возвращение к жанру было более обдуманным, чем в начале. Всему свое время, как говорится.

Знаю, вы репетируете по несколько часов ежедневно! В такой интенсивности репетиций больше плюсов или минусов, и какие они?

Я репетирую от двух до шести часов в день. Жанр травмоопасный и болезненный, плюс, если не считать небольших подсказок на первых порах, у меня не было учителей, не было никакой информации, до всего нужно было дойти самому, поэтому за время подготовки номера было много экстремальных ситуаций. Они необходимы, потому что только так можно чего-то достичь в шпагоглотании. Нужно не бояться боли и расширять возможности не только своего организма, но и психики. Это тот случай, когда количество переходит в качество и сила воли побеждает страх боли. А еще я нашел для себя необычный формат репетиции: я веду трансляции в тик-токе и в прямом эфире оттачиваю свои навыки. Зрительская поддержка мне помогает.

Серьезное внимание вы уделяете трюковой части. Какие самые сложные трюки вы освоили в этом жанре?

Один из них – это прокрутка в горле пяти шампуров. Это сложно – они не связаны между собой, во время прокручивания у меня нет над ними контроля, они болтаются и могут повести себя внутри непредсказуемо. А второй – это комбинация из приседа на колени, переворота и отжимания на полу с мечом в горле, длина которого 43 сантиметра. Во время этого у меня тоже меньше контроля над клинком, потому что я занят дополнительными действиями. На это нужна сила воли, поэтому в шпагоглотании важно контролировать не только свою физическую выносливость, но и моральную силу, учиться держать контроль, не держа его. Такой парадокс.

Со временем вы увеличили и количество, и длину заглатываемых шпаг и мечей. Какой ваш рекорд?

На сегодняшний день мой рекорд – глотание четырех мечей, длина которых составляет 43 сантиметра. Но со временем я планирую его побить. Все впереди.

Создавая реквизит для шпагоглотания, вы уделяете особое внимание деталям. Помогает ли это сделать номера более безопасными и эффектными, почувствовать уверенность на манеже?

Шпагоглотание – один из тех жанров, который не терпит неаккуратности. Любая зазубринка, повреждение металла могут привести к страшным последствиям. Многое из своего реквизита я сделал сам, поэтому могу быть в нем уверенным. Плюс к этому есть ощущение контроля над реквизитом, контакта с ним. Мое меня не подведет.

Сейчас вы состоите в международной Ассоциации шпагоглатателей. Удается ли обмениваться опытом с коллегами, и при этом совершенствовать навыки?

Получилось так, что я самостоятельно осваивал трюки, доходил до всего сам и уже во время репетиций номера мне пришло приглашение в Ассоциацию. Ден Майер, ее основатель, прислал мне много материалов, с которыми было интересно ознакомиться, но было бы лучше увидеть все это раньше. Все-таки состоять в Ассоциации приятно, это официальное признание. Шпагоглотание не широко распространено, это цирковая классика, но при этом жанр встречается редко, поэтому пообщаться с коллегами ценно. Хотя, конечно, никакие советы и никакая помощь не заменят учебы на собственном опыте методом проб и ошибок.

Ваш номер для выступления в цирке-шапито ставила Кристина Рапопорт. Какие впечатления остались от совместной работы?

Впечатления отличные! Мы сделали номер быстро, потому что репетировали ударными темпами много часов подряд. Мы уже работали с Кристиной, когда создавали иллюзионный аттракцион «Магия Египта», и тогда работа шла дольше, потому что я не понимал, что такое режиссура и зачем вообще она нужна. Мы много спорили, а потом я понял, для чего все это нужно, понял, что у номера появляется идея, смысл, все становится точным и эффектным. И вот при работе над номером «Bon appetit!» («Приятного аппетита!») я был уверен в режиссере. На репетициях было весело, я был увлечен процессом, а во время премьеры был рад, что все мои надежды оправдались.

Наверняка у вас были свои идеи по созданию и воплощению номера. Какие из них приняты режиссером?

В моем жанре много нюансов касательно трюковой части, и режиссеру нужно было все это учитывать, и она всегда прислушивалась к моим потребностям. Мы находили способы совместить технические необходимости с эффектностью, чтобы весь номер смотрелся интересно, без скучных подготовительных процессов. Например, перед и после глотания каждый клинок всегда нужно протирать салфеткой, и мы нашли способы встроить это в номер так, чтобы это не выглядело скучной технической необходимостью, а было частью сюжета. Еще была трудность в том, что многим людям тяжело смотреть экстремальные номера, и режиссер специально сделала номер легким для зрителя, без нагнетания, с юмором и красиво, но при этом, чтобы было видно, насколько это опасно. Она говорила, что хочет, чтобы я сам получал удовольствие от своей работы, тогда его получит и зритель. Так оно и вышло.

Шпагоглотание все еще остается редким гостем на манеже. Как вы планируете его развивать и продвигать в России?

На самом деле продвинуть этот жанр, я думаю, невозможно, потому что он сложный и не зря является таким редким. Он не сможет стать распространенным из-за своей специфики, нужны предрасположенности организма и огромная работа со своим телом и силой воли. Но у меня есть цель – побить собственные рекорды и рекорды зарубежных мастеров, тем самым поднять уровень жанра в России. Несмотря на редкость, шпагоглотание всегда было классикой циркового искусства, и я очень хочу принести в этот уникальный жанр что-то новое, чего еще никогда не было.

На ваш взгляд, что делает цирк уникальным видом искусства?

На мой взгляд, цирк уникальный, потому что показывает, чего можно достичь благодаря смелости и упорству. Мы делаем сложные и опасные трюки, рискуем здоровьем и даже жизнью, показываем пределы человеческих возможностей или что-то за их пределами, как, например, в иллюзии, и все это для того, чтобы показать, что человек способен на все, если он готов трудиться и верить в свои силы.

Что бы вы посоветовали начинающим артистам, мечтающим выступать на манеже?

Верить в себя, много репетировать и ничего не бояться!

Фотографии предоставлены героем публикации.