Вилен Головко

«Работа в воздушном полете — это постоянный риск, и на этот риск нужно идти с партнерами, в которых уверен на 200%!»

Вилен, вы родились в цирковой семье. Принимали участие в выступлениях родителей?

В детстве меня никто не заставлял репетировать или участвовать в представлениях, обязательными были только занятия спортивной гимнастикой. Отец создавал такие условия, что я сам хотел развиваться и совершенствовать себя. В 15 лет, когда началась моя карьера артиста, отец, будучи руководителем аттракциона «Журавли», запрещал мне ловить гимнастов-вольтижеров, так как в этом возрасте кости и суставы ещё не до конца сформированы и очень высок риск травмироваться. Приходилось идти на хитрость. Когда отец уезжал по делам и отсутствовал на репетиции, ребята летали ко мне в руки, и я ловил несложные трюки, постепенно осваивая работу ловитора.

Впоследствии это очень выручило наш аттракцион. Однажды, когда мы работали в цирке на Цветном бульваре в 2002 г., я ассистировал вольтижерам (гимнасты, выполняющие трюки) на штамбертах (площадки под куполом, на которых стоят гимнасты, готовясь к трюку), а основной ловитор получил травму во время представления. Отец после длительного перерыва и имея много травм, сам залез в ловиторку (снаряд, на котором работает ловитор). Но отработал всего четыре шоу, так как старые болячки дали о себе знать и ему пришлось ложиться на операцию. Эти четыре шоу были единственными, которые я отработал с отцом в качестве артиста под одним куполом над одной сеткой. Тогда я подошёл к нему и спросил: «Может, попробуем меня запустить?». Как раз начинались новогодние представления, и сложная трюковая часть не требовалась. После репетиции отец принял решение ввести меня в номер в качестве ловитора. Так и начался мой ловиторский путь. В 16 лет я поймал свои первые 2 бланша, а в 17 – практически весь набор трюков который есть в этом жанре. Ловил трюки и в исполнении мамы Елены Головко, известной воздушной гимнастки, солистки аттракциона «Журавли», но только на репетициях.

Расскажите про самое яркое воспоминание детских лет.

Одно из самых ярких воспоминаний детства у меня тоже связано с цирком на Цветном бульваре. Мне было, наверное, лет семь. Во время одной из репетиций родителей я бегал по закулисной части и увидел, как в дверь со двора зашёл пожилой человек с очень добрыми глазами. Он жестом показал мне, мол, иди сюда. Я подбежал и узнал его, так как очень любил фильмы с его участием. Это был Юрий Владимирович Никулин! Он пожал мне руку, вручил коробку импортных жвачек в виде арбузов, погрозил пальцем: «Обязательно поделись с ребятами, понял?». «Понял, — ответил я. — Спасибо!». «Ну все, беги!» — сказал он.

С детства вы обучались искусству воздушного полёта. Какие сложности возникали в процессе освоения этого жанра?

В детстве особых сложностей не было, так как моё обучение проходило ненавязчиво в игровой форме. Я залезал в ловиторку, учился качаться, правильно висеть, падать в сетку. Мне было по-детски интересно. Единственное, наверное, это то, что болели ноги под коленками и подъёмы стоп, как раз те места, на которые идёт основная нагрузка. Но ноги достаточно быстро привыкли, «набились». Потом, когда начал ловить более серьёзные трюки, появилось много профессиональных нюансов, которые нужно было запомнить и довести до автоматизма. Например, поддерживать нужный кач для определённого трюка, вовремя давать команду для вольтижера и, самое главное, — видеть и контролировать исполнение трюка вольтижером, чтобы обеспечить хорошее схождение и хороший прием в руки. Также я учился подключать нужные мышцы в зависимости от сложившейся ситуации и выполняемого элемента. Очень часто бывает так, что два ловитора вроде делают всё одинаково, но один может удержать сильный рывок, а другой нет. И дело здесь не в физической силе, а именно в технике, в умении подключать нужные резервы и чувствовать кач. Всё решают мгновения.

Вы работали на крупных площадках в Берлине, Гуанчжоу, Нью-Йорке, с Cirque du Soleil, а также на других площадках мирового уровня. Наверняка приходилось оттачивать мастерство и добавлять новые элементы в программу.

Конечно, мастерство оттачивается независимо от площадки, на которой

работаешь. Воздушный полет — это такой жанр, в котором нужно постоянно развиваться, что-то добавлять, выпускать новые трюки, усиливать и модернизировать аппарат. На каждом шоу и на каждой репетиции открывается что-то новое. Всегда есть куда расти. Так, в Cirque Du Soleil мой отец объединил трех-параллельный полет В. Ф. Лобзева и аппарат «Жар-птица», этот номер отец создавал в 90-х годах с мини-трампом и «мёртвой» рамкой. В цирке Chimelong трех-параллельный полет был объединён с классическим аппаратом аттракциона «Журавли». А в цирке Ringling Brothers and Barnum Bailey был создан длинный полет на три манежа с олимпийским батутом посередине и гимнастическими турниками.

Вспомните момент, когда вы выпустили свой личный номер — воздушный полёт «Аэростат». В чём особенность этой программы?

Я – адепт школы воздушного полёта «Журавли», которую создали мой дед, народный артист СССР Виль Васильевич Головко, Пётр Никитич Майстренко, Валентин Александрович Гнеушев и отец Вилен Вильевич Головко. Особенность её в том, что воздушные гимнасты способны не только исполнять сложные трюки, но и демонстрировать при этом пластическое и хореографическое мастерство, производя впечатление воздушного балета. Исходя из этой идеи, я и создавал воздушный полет «Аэростат».

Ваш номер был участником гала-шоу, посвящённому 100-летию российского цирка.

Событие это было приятным и почётным. Номер был посвящен артистам, которых с нами больше нет. На экране под песню «Журавли» на стихи Расула Гамзатова в исполнении Иосифа Кобзона показывали фотографии ушедших артистов, а на стене со стороны ловиторки висел портрет моего деда. Очень жаль, что я тогда из-за травмы не смог участвовать в номере в качестве ловитора.

Сейчас вы руководите шоу-программой воздушный полёт «Жар-птицы». Эта постановка сочетает в себе традиции воздушной гимнастики и школы знаменитого аттракциона «Журавли». Кто участвует в этом шоу?

«Жар-птицы» — это сочетание одноименного номера 90-х годов, но уже с другой музыкой, постановкой и костюмами с классическим аппаратом «Журавлей». Этот номер также является воздушным балетом. В нём работает тот же состав, который был в «Аэростате»: мастера спорта по спортивной и художественной гимнастике, акробатике и по прыжкам на батуте из России, Казахстана, Белоруссии и Украины.

Вместе с отцом вы занимаетесь обучением молодых артистов в жанре «воздушный полёт». Какими качествами должен обладать артист этого жанра?

Да, мы действительно занимаемся подготовкой высококвалифицированных профессионалов в жанре «воздушный полет» и стараемся прикладывать максимальные усилия для того, чтобы этот жанр процветал и развивался. Самое главное качество, по моему мнению, это умение работать в команде. Каким бы одаренным не был пришедший к нам спортсмен, он не задержится надолго, если не сможет научиться ставить интересы команды выше своих собственных. Работа в воздушном полете — это постоянный риск, и на этот риск нужно идти с партнерами, в которых уверен на 200%!

А как насчёт безопасности? Что обеспечивает страховку артиста при выполнении манёвра?

В воздушном полете основная страховка — это сетка, которая натянута над манежем, но даже она не гарантирует абсолютную безопасность. Если гимнаст неправильно придет в неё, например, на голову или на ноги, он может получить достаточно серьёзную травму, или, что ещё хуже, она может выбросить его в сторону на манеж. Поэтому при подготовке мы достаточно много времени уделяем обучению будущих артистов при падении «выкручиваться» и падать в сетку правильно.

«Воздушный полёт» невероятно красочное шоу! Расскажите, кто организует всю шоу-программу?

Наш, можно сказать гранд-мастер, — это отец, народный артист России Вилен Вильевич Головко. У него около 150 учеников по всему миру, которые являются профессионалами жанра «воздушный полет». Я не знаю ни одного человека в мире, который подготовил бы такое количество мастеров в этом жанре. Также на его счету уже тринадцать выпусков номеров «воздушного полета».

Вилен, на ваш взгляд, с какими сферами пересекается воздушная гимнастика?

Воздушная гимнастика — это зрелищное искусство с элементами спорта. Ею могут заниматься люди из практически любой сферы, имеющие определённую физическую подготовку. Это может быть интересным хобби, своеобразным фитнесом, источником адреналина и просто образом жизни. Но если говорить о воздушной гимнастике как о профессиональной деятельности, то тут, конечно, высоких результатов достигают, как правило, профессиональные спортсмены, гимнасты, акробаты, батутисты, а так же ученики качественных цирковых студий и выпускники циркового училища.

Какие идеи вы бы хотели реализовать в ближайшем будущем?

Одна из идей — открыть центр по подготовке профессиональных артистов цирка не только в жанре «воздушный полет», но и в других цирковых жанрах. Пока живы ветераны и профессионалы советского цирка, у нас есть шанс научиться у них, впитать в себя их колоссальный опыт и передать его подрастающему поколению.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *