Владимир Ионис

Таинственная магия цирка: Диалог с обладателем «Золотой карты»

Владимир Ионис – потомственный артист, для которого цирк с его запахом опилок стал целой жизнью и волшебным миром, где невозможное становится возможным. Прошедший путь от простого фокуса с конфетой до обладателя почётной «Золотой карты» Международного магического братства, он совмещает роли иллюзиониста, конферансье и инспектора манежа. Его жизнь – это история о вере в чудо, закалённая не только на сцене, но и в реальных испытаниях, включая службу в фронтовой концертной бригаде.

Владимир, вы – потомственный иллюзионист. Каким был самый первый фокус, которому вас научили в семье, и что он для вас значил? Это было таинством или, наоборот, весёлой игрой?

Как у нас говорят цирковые, этот ребенок родился в опилках. Так вот, моё детство проходило как у всех детей артистов. Мы гонялись по цирку, играли на хозяйственном дворе цирка и резвились на улице, пока наши родители работали на манеже. Я до девяти лет даже не задумывался о том, какой номер у моего папы. Я только знал, что мой папа артист цирка и всё. А что он делал на манеже, меня в то время не интересовало. Но в один прекрасный момент, как это обычно бывает, я со своими сверстниками и теми, кто помладше, пошли смотреть программу. Уселись на последний ряд, там где были свободные места, и стали смотреть. Нам ребятишкам было интересно посмотреть на новый номер, который выпустил руководитель номера акробатов-вольтижеров Карабут. И вот тут на манеже я увидел выступление своего отца. Тогда торжественно и загадочно инспектор манежа объявил: «На манеже иллюзионист Игорь Ионис». Я увидел свободное место на первом ряду, быстро перебежал и сел на это кресло, стал смотреть на своего отца. Я жутко тогда был удивлён, и мне стало очень интересно. Самому очень захотелось овладеть волшебством. После представления мы пришли в гостиницу, и я попросил папу научить меня каким-то простым фокусам. На что он мне ответил: «Ты ещё мал, подрастёшь, вот тогда покажу». После этого ответа я не давал ему покоя. И наконец это случилось. Был выходной день. После завтрака меня позвал к себе отец и показал пустую руку, пустой совершенно носовой платок, завязал на платке узел, и потом этот узел куда-то исчез. И вдруг неожиданно из-под платка появилась шоколадная конфета, которую мне он и отдал. Через некоторое время я овладел этим трюком и изначально показывал его на переменах своим одноклассникам.

В девять лет вы пришли в мир иллюзий. А когда к вам пришло осознание, что это не просто увлечение, а дело всей жизни, ваша судьба?

Учась в школе, меня часто снимали с уроков и брали на выступления в художественной самодеятельности, на различных концертах. Мне это очень нравилось. И я уже тогда для себя решил, что буду артистом, как мой папа. Не останавливаясь, я шёл дальше, совершенствуясь каждый раз. Каждые летние каникулы я проводил в цирке, где работал мой папа. Я всё время репетировал, что-то получалось, что-то не получалось. Но в один прекрасный момент после окончания каникул я уже вышел с простеньким иллюзионным номером на школьную сцену. Я показывал фокусы с прокалыванием шарика, с появлением платков, с разрезанием верёвки и появлением кубиков. Выступая в школьной самодеятельности, я достиг очень хороших результатов, пополняя свой репертуар всё новыми и новыми трюками. Постоянно репетировал и работал над собой. И за всем этим следил и учил мой отец. Я возомнил себя волшебником. И всё, что бы я ни делал в своих выступлениях, я это делал в образе мага. Сегодня у меня за этот жизненный период в моём репертуаре имеется более 300 трюков.

Вы совмещаете роли иллюзиониста, конферансье и инспектора манежа. Как эти три ипостаси помогают друг другу? Что сложнее: удивлять фокусом, вести программу или управлять ритмом всего циркового представления?

Закончив цирковое училище, работая в цирке, находясь в цирковом конвейере, я увлекался разговорным жанром и решил попробовать себя в жанре конферансье. Уходя из цирка, я пошёл работать на эстраду, в Росконцерт, где и работал конферансье со многими популярными артистами эстрады. Потом, когда не стало организации Росконцерт, меня пригласили работать в Москонцерт. Я продолжал конферировать и показывать иллюзию, но уже в комическом формате. Через несколько лет пошёл на службу в ансамбль песни и пляски Внутренних Войск МВД России. И там я продолжал профессионально работать конферансом и иллюзионистом. А в 2012 году вернулся в цирк. Закончив курсы инспекторов манежа, которые у меня были ранее, и подготовил номер комической иллюзии, продолжил работать в цирке. Отвечая на ваш вопрос, откровенно скажу вам, что удивлять публику, любимого зрителя гораздо сложнее, чем держать ритм циркового представления или ведение какого-либо концерта. Вот это как раз большая разница.

Обладатель «Золотой карты» Международного магического братства – звучит как титул из романа. Что стоит за этим знаком отличия в мире иллюзионистов? Это признание мастерства или доступ в некое закрытое сообщество?

Знак «Золотая карта» Магического братства – это и награда, и признание мастерства, и пропуск в закрытое общество международных магов. К сожалению, из-за политических соображений туда теперь попасть не представляется возможным.

Иллюзия в цирке и на эстраде – есть ли для вас принципиальная разница? Где, по-вашему, магия воспринимается острее: в камерной атмосфере концертного зала или под огромным куполом с ароматом цирка?

Хочу обратить ваше внимание на то, что показывать иллюзионный номер, а уж тем более аттракцион в цирке, гораздо сложнее, чем на эстраде. Во-первых, в цирке ничего сзади не спрячешь, как на сцене. Там нет задника. Обзор в цирке круговой. Тем и сложнее. А на эстраде сзади никого нет, и никто ничего не видит. На эстраде проще работать иллюзию. Там сценическая магия, а в цирке – таинственная магия.

Какой самый ценный совет или правило профессионального выживания в мире цирка и эстрады вы получили за свою карьеру?

Самый ценный совет и в цирке, и на эстраде только один – это всё время работать над собой, репетировать новые трюки, новые номера и создавать новое и интересное. Тогда артист будет всегда востребован.

Вы снимались в комедийных проектах («Интерны», «Злые таланы»). Работа в кино как актёра и выступления на манеже как артиста – что общего и в чём кардинальное отличие? Где вы чувствуете себя более свободным?

Сниматься в кино, выступать на сцене и на манеже – большая разница. Это разные направления в искусстве. В кино – это актёрское мастерство. А в цирке и на эстраде это уже другое мастерство, мастерство артиста, это и харизма, это изнурительный труд. А путь циркового артиста он тернист. Артистом может быть каждый, но вот оставаться им может не каждый.

Есть ли у вас профессиональная мечта-иллюзия, которую вы ещё не воплотили, но очень хотите? Связана ли она с новыми технологиями или, наоборот, с классикой жанра?

Конечно, у меня есть мечта. У каждого нормального и талантливого артиста есть мечта. Создать программу такую, чтобы все ахнули, и у всех был бы только один восторг. К этому идут многие думающие и создающие артисты.

Ветеран боевых действий, награждённый орденами и медалями. Как опыт, полученный не на сцене, а в реальной жизни, повлиял на вас как на артиста и человека? Меняет ли он отношение к слову «чудо»?

Дело в том, что чудо совершается там, где в него верят. Я, человек, который создаёт чудеса, верю в чудо на 100%, потому что чудо – это то, что создала природа. А обмануть природу нельзя. Нет, конечно, если постараться, обмануть природу можно. Но тогда она на тебе обязательно отыграется. Бумеранг в природе никто не отменял. А ветераном боевых действий я стал только потому, что находился 6 лет в Чеченской Республике в фронтовой концертной бригаде ансамбля песни и пляски ВВ МВД России. И то, что наши концерты смотрели снайперы в прицел и мы остались все живы, это тоже чудо.

Цирк – это семья. Как в этой семье поддерживают друг друга в трудную минуту? Можете вспомнить историю, когда коллеги буквально спасли номер или выручили вас?

Да, действительно, цирк – это большая семья. И в этой семье есть свои правила. Главное, что именно в цирковой семье все дружны и стараются помочь друг другу, поддержать в трудную минуту. У меня, работая в цирке, трудных моментов не было, так что я даже вспомнить не смогу. А вот я помогал, и не раз.

27 июля – ваш день рождения. Как обычно его отмечает артист цирка и эстрады в разгар летнего сезона? Это рабочий день или всегда получается праздник?

А вот тут предсказать невозможно. В день моего рождения бывает, что загружен полностью. А бывает, что и нет. Тут всё зависит от администраторов или устроителей гастролей. Как правило, стараюсь отметить этот праздничный день с коллегами и с друзьями.

Вы создаёте иллюзии для других. А в собственной жизни верите в чудеса, не сотворённые руками? Были ли в вашей судьбе моменты, которые можно назвать настоящим чудом?

Я уже говорил, что я верю в чудо. Могу только поделиться с вами, как создаю чудо. Бывает так, что мне приснится сон про какой-нибудь трюк, что я даже встаю, иду, записываю его, рисую макет. Ложусь спать, а утром встаю, читаю и рассматриваю рисунок и говорю себе: «Какая это глупость». Потом через некоторое время на этом создаю новый интересный трюк.

Ваша профессия требует безупречной ловкости рук и постоянной тренировки. Как вы поддерживаете свою физическую и ментальную форму? Есть ли особый ритуал перед выходом на манеж?

Перед выходом на манеж или на сцену у меня ритуалов никаких нет. Я просто неотработанный трюк или номер на суд зрителя не выношу. Я его должен довести до автоматизма. Только тогда я могу его спокойной душой показывать и удивлять. Каждое утро я репетирую с колодой карт. И обязательно вечером перед сном. Немножко.

Что для вас сегодня значит цирк? Это мир детства, искусство преодоления, ремесло или что-то большее?

Для меня цирк – это целая жизнь, этот запах опилок, это сказка наяву, это целый волшебный сказочный мир, где невозможное становится возможным. Это там, где нет зла, цирк – это праздник, добро, уют и детский смех.

Если бы вам предложили показать всего один фокус, который стал бы вашей визитной карточкой для истории, чтобы это был за номер? И почему именно он?

Если бы меня попросили показать иллюзионный номер, который мне очень дорог, то я бы достал реквизит своего отца и показал бы трюки, которые он делал на манеже цирка. Он брал клетку с белками и превращал её в клетку с пятью голубями. Из неисчерпаемого ящика доставал кучу различных по размерам предметы. Ну и так далее. Эти все трюки мне очень памятны и дороги.

Фотографии предоставлены героем публикации.